Феликс Зилич (felix_zilich) wrote,
Феликс Зилич
felix_zilich

все, что вы хотели знать о неприкасаемых, но боялись спросить

НАРУШЕННЫЙ ЗАВЕТ / HAKAI (1963) **+/****

режиссер Кон Итикава

в ролях Райдзо Итикава, Рентаро Микуни, Эйдзи Фунакоси


Несколько месяцев назад Google оказалась перед лицом крупного судебного иска. Правозащитные организации из Японии обвинили владельцев корпорации в покушении на права японских граждан. Претензии недовольных выглядели, на первый взгляд, курьезно, но в реальности были совсем нешуточными. Активисты из Страны восходящего солнца обвиняли руководство проекта Google Earth в том, что оно выложило в Сеть средневековые японские карты с точным расположением всех поселений буракуминов.

«Буракумины», или «эта». Еще одна страница японской истории, скрытая от глаз иностранцев.

Буракумины — «неприкасаемые» Нихона. При сёгунате население империи делилось на четыре сословия (воины, крестьяне, ремесленники и торговцы), но буракумины всегда оставались вне границ этой системы. Они не платили налогов и могли селиться только за пределами городской черты, их не пускали в храмы и общественные бани, даже после смерти «неприкасемых» закапывали вдали от обычных кладбищ вместе с собаками и домашними животными. Историки уже не помнят, откуда и почему появилось такое деление, но все прекрасно знают, как отличить буракумина от простого смертного. «Буракумин» — тот, кто способен осквернить своим присутствием чистоту и непорочность религиозного обряда: палач, могильщик, мясник, кожемяка.

Люди «грязных» профессий столетиями знали свое место и не поднимали головы. В 1871 году во время реформ Мэйдзи сословную систему в стране отменили, и буракумины оказались приравнены к простым гражданам. Процесс ассимиляции «неприкасаемых» затянулся на долгие годы и не завершился по сей день. Известно, что и теперь при приеме нового сотрудника на работу в крупную японскую корпорацию отдел кадров долго и упорно проверяет его родословную: из какой деревни будущий работник, не было ли в его роду башмачников или торговцев мясом. Еще пристальнее интересуются генеалогическим древом будущего жениха или невесты: никто не хочет, чтобы в его роду появилась «грязная нечисть».

На сегодня в Японии проживает около полутора миллионов буракуминов и их потомков Они продолжают бороться за свои права, хотя за пределами страны об этой борьбе никто и не подозревает. Из показательной статистики: известно, что примерно 60 процентов якудза — это все те же буракумины. Если ты с детских лет ощущаешь незримое клеймо на лбу, стать хозяином собственной судьбы почти невозможно.

Проблема буракуминов очень часто поднимается в японском кино, хотя слово на букву «б» говорится при этом очень редко. Например, герой Тосиро Мифунэ в фильме Куросавы «Небеса и ад» — сын башмачника, ставший заводчиком и миллионером. Для западного человека он всего лишь успешный андердог, но для японца — андердог-буракумин, что в десятки раз сложнее.

Картина Кона Итикавы «Нарушенный завет» вышла почти за год до фильма Куросавы и серьезно застолбила проблемный сектор: у нее были все необходимые козыри. Самый главный: «Нарушенный завет» — экранизация романа классика Симадзаки Тосона (1872-1943), первой японской книги, написанной в традициях литературного натурализма. Примечательно, что книгу Тосона к тому времени экранизировали уже дважды. Cначала в 1913 году, потом в 1948-м с Кэйскэ Киноситой в режиссерском кресле и Рю Икэбэ в главной роли. Плюс телесериал в формате «Жизни Клима Самгина». Или даже два сериала.

После таких предшественников Итикаве оставалось только прийти и забить последний гвоздь. Самый яркий и самый надежный, чтобы не провоцировать потомков на дискуссии и римейки. Так Итикава и поступил. Его «Завет» — настоящее бетонное евангелие, после которого уже нет смысла кидать шапки и вести дебаты. Гуманистический пафос, почти евангельские мотивы и призрак старца Федора Михайловича со свечкой в руках. Натуралисту-радикалу обсуждать здесь почти нечего: психологизм вытеснен на самые задворки, на первом плане — эпическая символика и незамутненное мифотворчество. В первой же сцене старый буракумин пытается накормить коня солью, получает фатальный удар копытом в голову, умирает, а потом является сыну среди ночи голосом голодного призрака. Натуралисты плачут и рвут на себе волосы.

ДАЛЕЕ http://shinema.ru/films/rus/n/30349/
Tags: shinema
Subscribe

  • понедельник

    Какая фантастика круче — «твердая НФ» или «мягкая НФ»? Десять писателей отвечают на этот вопрос Что круче и более трушно — “твердая научная…

  • Пятница

    Джеймс Франко и его брат-близнец Смиедж рассуждают о фильмах ужасов Последние пару лет мы совсем перестали понимать, кто такой Джеймс Франко.…

  • среда

    Инсмутский молебен: Litany of Earth Рутанны Эмрис В этом году, похоже, все переписывают Лавкрафта с белого листа. И писательница Рутанна Эмрис —…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments